Магия Безвременья

Объявление

10 декабря - фаза Луны: II четверть (молодая Луна),
до 14:28 11-й, далее 12 лунный день >>>
10 декабря - Луна в знаке Тельца c 12:41 GMT
10 декабря - неблагоприятное время: до 1:06 GMT
10 декабря - неблагоприятное время: 1:06 - 12:41 GMT
( UT=GMT - универсальное международное время
Определение местного времени: Москва, СПб = UT+3 (летом +4), Киев, Минск = UT+2 (летом +3) )



Добро пожаловать и благословенны будьте!


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Магия Безвременья » Славянство и старообрядчество » Cказ, сказка или так повелось


Cказ, сказка или так повелось

Сообщений 41 страница 55 из 55

41

Есть еще такой вариант описания Бабы Яги

http://s4.uploads.ru/t/c8g2z.jpg

Баба Яга, пожалуй, один из наиболее популярных, и в тоже время загадочных персонажей всех славянских народных сказок.

Прежде всего, давайте обратимся к настоящим истокам появления этого образа. Правильнее звучать будет - Баба Йога, также ее называли Йогиня- матушка - Богиня, покровительница детей-сирот. Она вовсе не злобная старуха, как повествуют во многих сказках.

Баба Йога была прекрасной, молодой, любящей, добросердечной Богиней древности, которую почетали, любили и уважали за ее добрые деяния. Она странствовала по Мидгард - Земле на огненной колеснице и собирала повсюду несчастных, беспризорных детей-сирот. На своем пути она не миновала ни один град. В каждом граде ее сразу же все узнавали по ее очаровательным, нарядным сапожкам, которые были украшены прекрасными золотыми узорами. Отсюда ее и стали называть - Йогой Златой ногой. Когда она появлялась, от нее исходила излучающая доброта и нежность.

Бабу Йогу очень любили не только дети, но и взрослые. И как только она заезжала в любой город, ей сразу же показывали, где живут дети-сироты. Детишек она отвозила в свой предгорный скит. Он находился в самой чаще леса, у подножия Ирийских гор. Жила Йога в летающем доме, из под которого курился дым, а ночью он светился. Её дом был малых размеров, зато внутри он был огромным. На подворье у неё жило много разных существ из разных миров - жить и нежить. По этой причине имя Йога переводится как слияние миров и вместилище мудрости.

Йогиня матушка заботилась о детях-сиротах, как настоящая мать, и проводила их через огненный обряд, который посвящал их Древним Высшим Богам. Обряд состоял в том, что Баба Йога проводила их через огненную печь, а при помощи определенных механизмов детишки выходили целые и невредимые.

Чужестранцы, случайно забредавшие в чащу, где жила Баба Йога и присутствовавшие на обрядах, в дальнейшем, не понимая всего таинства обряда до конца, искажали до неузнаваемости в своих рассказах образ Йоги Матушки, они повествовали о якобы злой старухе, которая бросает беззащитных детей-сирот в огненную печь. И стали пугать ею маленьких детей. Вот так образ доброй ,молодой и любящей детей Богини Йогини, превратили в злой образ, изменив имя на - Баба Яга.

Баба Йога (Яга) была полноправной Богиней, чей образ почитался нашими предками на ровне образов других Богов древности.

(http://www.live-tale.ru/geroi/baba-yaga.html)

+1

42

Об этом все тоже самое в посте 11.

0

43

С какой стати дураку достается полцарства? Ох, уж эти сказки...

http://img-fotki.yandex.ru/get/9066/31076716.67/0_d4d5a_752f3fe1_M.jpg

Ну, не странно ли?!

Жил – был на свете Иван-дурак.

Не в пример старшим – добропорядочным, уважаемым, трудолюбивым, взял, да и накуролесил, дров наломал, сначала сделал – потом подумал, а вот поди ж ты: прошел потом все испытания, да и получил полцарства с царевной в придачу.

Или еще хуже того: Емеля.

Сидел себе на печи, ничего героического (да и просто хорошего) не сделал, а по-щучьему веленью, т.е. за чужой счет получает все, что хочет.

Почему же так живуч образ дурака в волшебных сказках, и тому ли они учат наших детей? Этот вопрос возникает довольно часто и представляется вполне резонным.

Уже и со сцены популярный сатирик обличил на всю страну того же Емелю как любителя «халявы»… Но сказки потому и живут так долго, что в них ничего не случается без причины и не бывает героя «просто так». Чтобы разобраться в этом, стоит обратиться к так называемому принципу трикстера.

Кстати, плут – трикстер признается одним из основополагающих персонажей человеческой культуры. Занятно, да? В Англии это – Джек Простак, в Италии – Фэй Фрумос, в Германии – Симплицисимус, в Африке – Лионго Фумо, в Америке – Кролик, Койот, Лис, Ворон.

А еще Ходжа Насреддин, Тиль Ойленшпигель. Между прочим, российский Петрушка – тоже из этой братии. В буквальном переводе с английского слово трикстер означает не больше, не меньше, как «обманщик, ловкач», а в качестве термина его употребил впервые американский антрополог Пол Радин, о чем при желании можно прочесть в нескольких энциклопедиях.

Но давайте воздержимся от буквального восприятия этого образа. Персонажи, объединяемые понятием трикстера, все же очень разнятся между собой.

Главное тут – двойственность: то альтруистичен и остроумен, деятелен и находчив; то откровенно ленив, невежествен и глуп (сжег лягушечью кожу, а потом за тридевять земель отправился). Но раз так, то он не совсем дурень, согласитесь: не только отправился, но и справился! Скорее уж – псевдодурак.

И все же почему в начале повествования он именно таков – либо глуп, либо ленив, либо то и другое сразу?

Дело в том, что вот таким наглядным образом сказка представляет нам персонаж, который не вполне вписывается в тот социум, к которому сам он, этот персонаж, принадлежит. Причем речь идет о социуме, нуждающемся в изменении: то беда приключилась, то не на кого царство оставить, то быт заел.

Эти насущные изменения невозможно осуществить изнутри, и поэтому Ивана, Емелю и проч. «вышибают» из него. Оказавшись вовне, герой успешно решает задачу и получает заслуженную награду.

Разве это не похоже на известное психологическое правило: находясь внутри ситуации, трудно найти выход, стало быть, надо встать НАД ней, т.е. поменять ракурс взгляда?

Очень может быть, что у читателя, даже согласившегося с предложенными аргументами, на языке уже вертится следующий вопрос: а как же дети? Малые – неразумные… как они разберутся во всех этих перипетиях, которые так глубоко и тщательно исследуют ученые умы из числа философов, антропологов, культурологов?

Так вот, детям как раз лучше всех. Потому что они в силу возрастных психологических особенностей – еще не вполне социальны, и сказка подсказывает им, что не беда – все впереди. Говоря простым языком, она их подбадривает, поддерживает, настраивает на позитив.

Как хорошо, что волшебные сказки так живучи, правда?

Автор: Валентина Пономарева
Источник >>>

+1

44

Почему репку тянули всем миром?

http://shkolazhizni.ru/img/content/i11/11888.jpg

До чего многозначны незатейливые народные сказки!

Сегодня перечитаем «Репку», обратившись к старинным традициям.

Она исстари фигурировала в народном творчестве. Про выражение «проще пареной репы» Вы, конечно, знаете.

А пословицы слышали? Кругла девка, как репка. (Или: хороша (девка), как мытая репка!). Круглую девицу ласкательно называли как раз Репушкой. Или: На спине не репу сеят. Хоть ты матушку-репку пой (речь идет о непристойной песне).

А загадки?
Шибу (брошу) шибком, вырастет дубком, заолешничком.
В землю крошки, из земли лепешки.
Под дубком, под карандышком, ни клубком, ни камешком.
Сама клубочком, а хвост под себя.
Cверху зелено, посередке толсто, под конец тонко.
Кругла, да не девка: с хвостом, да не мышь.

По народному обычаю, когда у ребенка выпадал молочный зуб, ему полагалось кинуть его за печку, приговаривая: «Мышка, мышка! На тебе зуб репяной, а мне дай железный!»

Интересно: в этом обряде фигурируют два персонажа знаменитой сказки – и тот, который послужил названием, и тот, который появился последним, но сыграл «решающую роль»! А Вы не находите, что они чем-то похожи?

О.Сулейменов в «Аз и Я» заметил, что «у славянских жрецов письма и языка был значок... репен (репа), хвостатый клубень», и связан он был с солнцем. Так что репка – солнечный (солярный) символ, а мышка, тоже кругленькая, и тоже с хвостиком – совсем наоборот, представитель подземного мира.

И в этом качестве репка может означать сам мир или сложную, важную для жизни задачу. Бабка с дедкой – предки, которые, не в силах решить ее, зовут внучку. Здесь легко угадывается идея связи поколений, не так ли?

Но этого оказывается недостаточно, и на подмогу зовут сначала Жучку, потом Кошку, и, наконец, Мышку. В этой анималистической троице представлена традиция трехзвенного мирозданья.

Верхний мир символизирует собака (или волк), спутник небесных богов. Если в древних мифах (Цербер, Анубис) – это страж загробного мира, то у крестьян на Руси волк до XIX в. почитался как верный пес святого Георгия, насылаемого грешникам в наказание.

А еще у народов мира собака связывалась с природными явлениями (с молнией, дождем), им приписывалась способность видеть духов, предупреждать хозяев об опасности, чувствовать приближение природных катаклизмов, предсказывать эпидемии.

Кошка связана с земным миром, с домом. Во многих мифологических традициях она связывается с луной, плодородием. Но в некоторых культурах является и солярным символом царственности. Е.Блаватская отмечала:

«Египтяне представляли луну как кошку. Луна была созерцательницей в ночных небесах, и кошка была ее эквивалентом на земле; и, таким образом, обыкновенная кошка была принята как выражение, как естественная эмблема и живое воспроизведение луны. Солнце, взиравшее вниз в преисподнюю, во время ночи, могло также называться кошкою, как оно и было, ибо оно тоже видело во тьме».

И неслучайно в «Книге мертвых» бог солнца Ра выступает как «великий кот».

Можно еще добавить, что мужское начало традиционно сопровождалось образом собаки, а женское – кошки: «Мужик да собака на дворе, баба да кошка в избе».

Мышка, как уже говорилось – представитель подземного мира. Поговорка «гора родила мышь» как раз и связана с хтонической ее природой.

В греческих мифах Зевс-громовержец обращает своих детей в мышей, крыс и кротов. Кроме того, в древних мифах мыши падали с неба. Это дало основу для средневекового поверья, что мышь родилась от грома и грозы. (А собака – помните? – связывалась с молнией и дождем).

Итак, в простеньком тексте «Дедка за репку, бабка за дедку…» заключен призыв к союзу поколений с силами мира – небесными, земными и подземными. И тогда можно решить любую, даже кажущуюся невыполнимой, задачу.

Короче говоря: сила в единстве!

При желании эта формула обращается в графику креста, священного символа многих народов безотносительно к принятому у них вероисповеданию: горизонталь – поколения (слева – предки, справа – потомки), вертикаль – триединство мира.

Автор: Валентина Пономарева
Источник >>>

+2

45

СКАЗКА О РЫБАКЕ И РЫБКЕ

http://www.nashaskazka.net/wp/wp-content/uploads/2011/01/skazka-o-ribake-i-ribke-339x250.jpg

Одна из самых известных русских сказок, в том числе и благодаря гению А.С. Пушкина, является сказка о рыбаке и рыбке.

При всей своей кажущейся смысловой очевидности и простоте сказка, тем не менее, полна и гораздо более глубоких сакральных символов, зачастую не до конца осознаваемых читателем.

Ведь что приходит в первую очередь на ум обычному читателю? Жадная и неумеренная в своих желаниях старуха не сумела вовремя остановиться и потеряла все то, чем одарила рыбка. Причем, одарила даже не ее, а старика. Отсюда вытекает и вполне доступная пониманию любого читателя мораль сказки – уметь вовремя остановиться в своих желаниях, амбициях и претензиях.

Но эта мораль при всей ее правильности и очевидности не объясняет множество других загадок этой коротенькой сказки.

Почему речь идет о старике и старухе? И кто такие эти старик и старуха?

Почему именно 33 года ловил старик рыбу до встречи с золотой рыбкой?

Кто такая золотая рыбка?

Почему старик закидывал невод три раза, а не один или, допустим, пять? И почему первые два раза даже простой рыбы не было, а была одна тина?

Почему старик сам первый раз отказался от какого-либо откупа, предложенного рыбкой?

Почему рыбка удовлетворяет безропотно целых 4 желания старухи и только на 5-й осерчала и отняла все разом? Ведь обычно в сказках присутствует сразу ограничения в три желания.

Попробуем в этом разобраться, не претендуя, впрочем, на истину в последней инстанции.

Когда в сказке появляются старик со старухой, то они, как правило, символизируют Дух и Душу человека. Но только в том случае, если у них есть дети. Обычно это троица сыновей, которые есть три нижних тела человека. Один сильный (физ. тело), один хитрый (астральное тело) и один умный (ментальное тело). Но в данном случае мы имеем дело с бездетной парой. Я склонен думать, что в данном случае старик символизирует УМ, а старуха чувства и эмоции.

Ловля рыбы в океане это попытка Ума стать РАЗ-умом, то есть найти связь с Душой. Ведь океан (море) обычно символизируют в сказках Мировую Душу, в которой по преданиям наших предков плавают души всех человеков.

Тридцать три года ловил старик рыбку. Можно было бы сказать, что это намек на возраст Христа. Однако, большая часть русских народных сказок имеет гораздо более древние корни, нежели христианство, как и сама сакральная нумерология. Скорее возраст Христа был выбран не случайно, а символически.

Итак, самое простое, что можно получить из 33-х в нумерологии, это 6. Шестерка обозначает равновесие между «Светом» и «Тьмой», а также духовный выбор, который делает каждый человек в своей жизни.

Но 33 это еще и 3х11. 11 обозначает цикл солнечной активности. Не случайно именно 11 является чуть ли не главным числом, которым оперируют все масонские Ордена и Ложи в цифровой символике. В свою очередь 3-ка это символ Триединства воплощенного мира. То есть в 33-х Триединая сущность человека соединяется с природными циклами Мироздания.

А еще 33 часто представляют в виде 30х3=90. 9-ка это символ завершения Пути или одного из его этапов, предваряющий переход на следующий уровень. 0, как и буква О это символ Всевышнего. Таким образом, 33 это еще и достижение максимально возможного на данном этапе результата, требующего некоторого «бонуса».

Сложив все вместе, мы получим, что предваряющая сказку жизнь старика подвела его к некоторому итогу духовного содержания, при котором ему предстоит выбор. И этот выбор предлагает ему появление «золотой рыбки».

Но поймать контакт с Душой, услышать ее «голос» не просто. Именно потому первые два раза в невод попадает лишь тина, символизирующая пустые мысли. И лишь настойчивость Старика (Ума) приводит к цели.

Рыбка являет собой первый осознанный контакт с Ума с Душой, при котором УМу предстоит выбрать более ценное из потребностей тела (съесть рыбку) или Духовного развития (отпустить ее). Старик (УМ) делает правильный выбор и становится РАЗумом. Что подтверждается в частности и тем, что он ничего не просит взамен за спасение рыбки.

Но, придя домой (выйдя из, как сказали бы сейчас, медитативного состояния), Ум встречается с эмоциями, которые живут гораздо более прозаическими приземленными проблемами. Оттого сразу же начинаются претензии и желания.

Учитывая, что завершение предварительного пути требует серьезного бонуса и позволяет реализовывать почти любое желание, рыбка безропотно выполняет все причуды Старухи, даже не обращая внимание на то, что РАЗ-ум старика становится все более подавляемым эмоциями и не в состоянии не только их контролировать, но и даже сохранить собственный равноправный статус. И так до тех пор, пока все желания относятся к материальной сфере жизни. Материя иллюзорна, а потому для рыбки-Души нет проблем удовлетворить любое из желаний Старухи. Но как только Старуха возжелала царствовать над миром Духовным (Владычица морская), так сразу же контакт Ума с Душой разрывается, не выдержав испытания. РАЗ-ум был обязан заблокировать последние желания чувств, выходящие за рамки их компетенции. Но не сделал этого. И снова опустился на уровень простого Ума, которому не подвластно оперирование материальной иллюзией. А потому все вернулось на круги своя.

Источник >>>

+1

46

Thistle Witch написал(а):

СКАЗКА О РЫБАКЕ И РЫБКЕ


Тридцать три года ловил старик рыбку. Можно было бы сказать, что это намек на возраст Христа. Однако, большая часть русских народных сказок имеет гораздо более древние корни, нежели христианство, как и сама сакральная нумерология. Скорее возраст Христа был выбран не случайно, а символически.

А еще:
33 богатыря вышли из моря на призыв Царевны-Лебеди, 30 лет и 3 года лежал на печи Илья-Муромец, после чего к нему пришли старцы, 33 удовольствия, 33 несчастья (происхождение выражений теряется в веках, но, возможно, 33 как раз символизирует неких абсолют или же бесконечность), тридевятое царство тридесятое государство тоже, думаю, символизируют число 33, ну и еще много чего можно накопать)

+1

47

Romantika написал(а):

тридевятое царство тридесятое государство

Тридевять Земель >>> :flag:

0

48

Уральская Гиперборея Валерий Никитич Демин

Бажовская мифология в свете мировой культуры и гиперборейской традиции

Бажовские сказы были написаны и опубликованы сравнительно недавно: первая часть — 24 сказа, исконных и самобытных, — в конце 30х годов XX столетия; вторая часть — 33 сказа, заметно идеологизированных и с налетом изрядного литературного сочинительства, — чуть позже, по окончании Великой Отечественной войны. Проблема же состоит в том, что большинство бажовских мифологических персонажей, так поразивших воображение советских читателей, не избалованных фантастическими сюжетами и образами, навеяны глубокой стариной и архаикой, их корни уходят к самым истокам человеческой предыстории. В казалось бы вымышленных образах, к тому же привязанных к локальному Уральскому региону, обнаруживается множество совпадений, параллелей и сопряжений с мировой культурой, носящих не случайный, а вполне закономерный и объяснимый характер. В настоящем исследовании предполагается найти новые, дополнительные аргументы в пользу только что сформулированных положений. Безусловно, конкретные задачи настоящей работы не позволяют проанализировать данную проблему в полном объеме, однако даже те пласты, которые удалось «перепахать», приводят к поразительным результатам и выводам. Вправе ли мы, однако, вообще говорить о какой-то особой бажовской мифологии? Вполне! Укоренилось же понятие «гомеровская мифология», хотя действующие в «Илиаде» и «Одиссее» боги и герои вовсе не придуманы Гомером, а существовали до него и без него. Исследованию перечисленных вопросов и посвящена настоящая работа.

1. Бажовский феномен

Каковы же действительные истоки и источники сказаний, положенных в основу всемирно известного сборника, названного «Малахитовая шкатулка»? Сам Павел Петрович Бажов (1879–1950) услышал их в раннем детстве, в конце XIX века, от неграмотного старика сказителя В. А. Хмелинина, а впервые записал услышанное и обработал спустя сорок лет. Хмелинин, который всю жизнь, с самого раннего детства, проработал на Гумёшкинском руднике близ рабочего поселка Полевской, добывая медную руду, в свою очередь, слышал уральские легенды (по-другому — «тайные сказы») от таких же стариков, каким впоследствии стал сам. Надо заметить, однако, что горнорабочие, в нечеловеческих условиях добывавшие руду, малахит, самоцветы и драгоценные камни, теряли силы и здоровье очень быстро и считались стариками, кои не могли уже работать под землей, к пятидесяти годам, после чего вскоре вообще оканчивали свой жизненный путь.

Информатор Бажова не был единственным рассказчиком в округе, а поведанные им истории хорошо знал каждый окрестный житель. Ибо сказания о Подземном царстве, его хозяевах и насельниках испокон веков передавались из уст в уста, от поколения к поколению. По существу, основное ядро уральских легенд (если, конечно, отвлечься от литературной обработки) представляют собой мифологемы, родившиеся в горниле коллективного бессознательного, или же архаичное тайное знание, возникшее в незапамятные времена и перешедшее к русским горнорабочим, с одной стороны, от уральских аборигенов, но с другой — из древнерусской, общеиндоевропейской и доиндоевропейской (гиперборейской) копилки фольклорного опыта.

По существу, в совокупном своем восприятии бажовские сказы — это подлинная теллурическая мистерия и хтоническая феерия. Бажов практически предвосхитил более чем на пятьдесят лет темы и проблемы, которые стали активно обсуждаться лишь в недавнее время: философия камня, каменная цивилизация, минеральная сфера жизни или ее кристаллическая форма, энергетическая составляющая земных недр и т. д. Нельзя также не отметить, что создание и публикация бажовских сказов совпали по времени с разработкой Владимиром Ивановичем Вернадским (1863–1945) теории ноосферы, которая во многих своих аспектах смыкается или совпадает с бажовскими идеями.

Таким образом, мифологические образы бажовских сказов произрастают из самых глубин общемировой культуры и фольклора как закодированной информации о далекой предыстории человечества. Например, среди русских поселенцев Сибири сохранилось предание, что горы — это окаменевшие былинные богатыри. Лев Александрович Мей (1822–1862) записал в 18-летнем возрасте от сибирского казака Ивана Андреева, прибывшего по делам в Петербург, старинное предание «Отчего перевелись витязи на Святой Руси» и позже опубликовал его со стенографической точностью, то есть без каких-либо изменений и редакторских поправок. По древнейшей версии, Илья Муромец, Добрыня Никитич, Алеша Попович и другие их сподвижники натолкнулись на какую-то неведомую силу (наподобие Святогоровой «тяги земной»), которую не смогли одолеть: разрубая одну ее часть, они тотчас же собственноручно превращали ее в две. И так далее — до бесконечности. Когда же стало очевидно, что таинственная сила сильнее их и непобедима, богатыри побежали в горы и, окаменев, слились с ними навсегда:

… А Сила всё растет да растет,
Всё на витязей боем идет…
Испугались могучие витязи:
Побежали в каменные горы, в темные пещеры…
Как подбежит витязь к горе, так и окаменеет;
Как подбежит другой, так и окаменеет;
Как подбежит третий, так окаменеет…
С тех пор и перевелись витязи на Святой Руси!

По существу, про тех же каменных богатырей рассказывается и в бажовском сказе «Богатырева рукавица». Однако после превращения в камни богатыри продолжали вести активную жизнь:

«Сперва эти места и обживали богатыри. Они, конечно, на людей походили, только сильно большие и каменные. Такому, понятно, легче: зверь его не загрызет, от оводу вовсе спокойно, жаром да стужей не проймешь, и домов не надо.

За старшего у этих каменных богатырей ходил один, по названью Денежкин. У него, видишь, на ответе был стакан с мелкими денежками из всяких здешних камней да руды. По этим рудяным да каменным денежкам тому богатырю и прозванье было.
Стакан, понятно, богатырский — выше человеческого росту, много больше сорокаведерной бочки. Сделан тот стакан из самолучшего золотистого топаза и до того тонко да чисто выточен, что дальше некуда. Рудяные да каменные денежки насквозь видны, а сила у этих денежек такая, что они место показывают.

Возьмет богатырь какую денежку, потрет с одной стороны, — и сразу место, с какого та руда либо камень взяты, на глазах появится. Со всеми пригорочками, ложками, болотцами, — примечай, знай. Оглядит богатырь, все ли в порядке, потрет другую сторону денежки, — и станет то место просвечивать. До капельки видно, в котором месте руда залегла и много ли ее. А другие руды либо камни сплошняком кажет. Чтоб их разглядеть, надо другие денежки с того же места брать.

Для догляду да посылу была у Денежкина богатыря каменная птица. Росту большого, нравом бойкая, на лету легкая, а обличье у ней сорочье — пестрое. Не разберешь, чего больше намешано: белого, черного али голубого. Про хвостовое перо говорить не осталось, — как радуга в смоле, а глаз агатовый в веселом зеленом ободке. И сторожкая та каменная сорока была. Чуть кого чужого заслышит, сейчас заскачет, застрекочет, богатырю весть подает.

Смолоду каменные богатыри крутенько пошевеливались. Немало они троп протоптали, иные речки отвели, болота подсушили, вредного зверья поубавили. Им ведь ловко: стукнет какую зверюгу каменным кулаком либо двинет ногой — и дыханья нет. Одним словом, поработали.

Старшой богатырь нет-нет и гаркнет на всю округу:
— Здоровеньки, богатыри?
А они подымутся враз да и загрохочут:
— Здоровы, дядя Денежкин, здоровы!

Долго так-то богатыри жили, потом стареть стали. Покличет их старшой, а они с места сдвинуться не могут. Кто сидит, кто лежмя лежит, вовсе камнями стали, богатырского оклику не слышат. И сам Денежкин отяжелел, мохом обрастать стал. Чует — стоять на ногах не может. Сел на землю, лицом к полуденному солнышку, присугорбился, бородой в коленки уперся да и задремал. Ну, все-таки заботы не потерял. Как заворошится каменная сорока, так он глаза и откроет. Только и сорока не такая резвая стала. Тоже, видно, состарилась.

К этой поре и люди стали появляться…».

Хотя в уральском сказе и употреблено несколько непривычное для сказочного великана прозвище — Денежкин, в варианте Бажова, вне всякого сомнения, проступают черты глубочайшей архаики, восходящей не иначе как к Древнекаменной эпохе мировой истории (безотносительно к тому, что́ она представляла собой на самом деле). В фольклоре многих народов земли сохранились предания о каменных великанах, об окаменевших людях и даже о настоящих каменных царствах — надземных или подземных. Сказанное в полной мере относится и к центральным образам бажовской мифологии, которых, кстати, совсем немного. Дабы убедиться в этом, остановимся подробнее на двух главных из них — Хозяйке Медной горы и Великом Полозе, неотделимых от Подземного царства и реминисценций каменного века.

http://www.skvorez.ru/images/hmg4.jpg

Далее...

0

49

2. Магия бажовской мифологии

Медной горы Хозяйка

Именно в таком порядке и сочетании слов предстал, пожалуй, самый известный бажовский персонаж в самом первом из опубликованных в 1936 году сказов (журнал «Красная новь», № 11). Хозяйка здесь — общемировая мифологема, а вот Медная гора — специфическое местное название рудника Гумёшки, где с XVIII века добывалась медная руда для близлежащего медеплавильного завода. Владения Хозяйки распространялись на всю округу, местом же ее постоянного обитания считалась Азов-гора в окрестностях поселка Полевской. Отсюда и одно из имен Хозяйки — Девка Азовка. Среди других ее имен, распространенных в старину на Урале, — Горная матка, Каменная девка (баба), Золотая баба, Малахитница, а также (как бы сие странным ни показалось на первый взгляд) мужские прозвища — Горный дух, Горный старец, Горный хозяин (к этому странному разночтению мы еще вернемся).

Образ Хозяйки Медной горы в интерпретации Бажова давно уже сделался хрестоматийным:

«Пошли раз двое наших заводских траву смотреть. А покосы у них дальние были. За Северушкой где-то. День праздничный был, и жарко — страсть. Парун чистый. А оба в горе были, на Гумёшках то есть. Малахит-руду добывали, лазоревку тоже. Ну, когда королек с витком попадали и там протча, что подойдет…

http://cs14106.vk.me/c313219/v313219920/4625/r1B0bXzxRSE.jpg

В лесу-то хорошо. Пташки поют-радуются, от земли воспарение, дух легкий. Их, слышь-ко, и разморило. Дошли до Красногорского рудника. Там тогда железну руду добывали. Только вдруг молодой, — ровно кто его под бок толкнул, — проснулся. Глядит, а перед ним на грудке руды у большого камня женщина какая-то сидит. Спиной к парню, а по косе видать — девка. Коса ссиза-черная и не как у наших девок болтается, а ровно прилипла к спине. На конце ленты не то красные, не то зеленые. Сквозь светеют и тонко эдак позванивают, будто листовая медь. Дивится парень на косу, а сам дальше примечает. Девка небольшого росту, из себя ладная и уж такое крутое колесо — на месте не посидит… Парень хотел было слово молвить, вдруг его как по затылку стукнуло.
— Мать ты моя, да ведь это сама Хозяйка! Ее одежда-то. Как я сразу не приметил? Отвела глаза косой-то своей. А одежа и верно такая, что другой на свете не найдешь. Из шелкового, слышь-ко, малахиту платье. Сорт такой бывает. Камень, а на глаз как шелк, хоть рукой погладить <…>».

Главные качества Хозяйки Подземного царства — суровость и справедливость, благосклонность к добрым людям и безжалостность к злым. Или, говоря словами самого Бажова: «Худому с ней встретиться — горе и доброму — радости мало». Чудесные метаморфозы самой Хозяйки и ее владений также многократно не только описывались устно и печатно, но и воспроизводились средствами живописи, кино, театральных декораций, мультипликации и компьютерной графики:

«<…> И вот пошли. Она впереди, Степан за ней. Куда она идет — всё ей открыто. Как комнаты большие под землей стали, а стены у них разные. То все зеленые, то желтые с золотыми крапинками, на которых опять цветы медные. Синие тоже есть, лазоревые. Одним словом, изукрашено, что и сказать нельзя. И платье на ней — на Хозяйке-то — меняется. То оно блестит, будто стекло, то вдруг полиняет, а то алмазной осыпью засверкает, либо скрасна-медным станет, потом опять шелком зеленым отливает. <…> И видит Степан огромадную комнату, а в ней постели, столы, табуреточки — все из корольковой меди. Стены малахитовые, а потолок темно-красный под чернетью, а на ем цветки медны».

В сказе «Каменный цветок» Хозяйка Медной горы является Даниле-мастеру близ Змеиной горы и уводит его в свои подземные чертоги. Другими словами, владения Хозяйки — повсюду под землей. Но наиболее значимым местом всегда оставалась Азов-гора. Есть в ней некая незримая сила, которая притягивала сюда людей на протяжении многих веков и тысячелетий. Ведь именно здесь обнаружена была первая руда, про которую отрапортовали в столицу самому царю Петру. Однако нашедшие руду стрельцы обнаружили ее в старых копях, где среди остатков древних орудий труда разбросаны были и кости давних рудокопов, что само по себе свидетельствовало о древности горного дела на Урале.
Уже в XX веке археологи отыскали на Азов-горе следы медеплавильного производства, а незадолго до Отечественной войны, в 1940 году, группа подростков нашла у одного из скальных выходов потрясающий клад, состоящий из сорока бронзовых предметов (в основном птицеобразные существа). Пять предметов были утрачены (украдены) еще до того, как находку сдали в музей. За полвека были сделаны некоторые эпизодические дополнения, но в полном объеме уникальный клад стал доступен для всеобщего обозрения лишь в XXI веке: в 2001 году он выставлялся в Екатеринбургском краеведческом музее, в 2002 году — в Государственном Эрмитаже в Санкт-Петербурге. Происхождение клада и его последующая судьба до сих пор остаются загадкой.

Не менее загадочно и само имя Азов-горы. Не вызывает сомнения созвучность данного оронима с древним самоназванием Азовского моря и города Азова, расположенного на берегу Дона неподалеку от впадения последнего в Таганрогский залив. Совпадение топонимов явно не случайно и связано с этнолингвистической общностью некогда обитавших здесь народов. Языковое родство названий как раз и доказывает былое родство этносов, точнее — их прошлое единство. Применительно к индоевропейским народам это доказывается сравнительно просто. Незадолго до смерти решением данной проблемы как раз и занимался всемирно известный норвежский путешественник и исследователь Тур Хейердал (1914–2002). В ходе организованных и профинансированных им археологических раскопок он намеревался обнаружить в районе Азова прародину викингов и место пребывания — не более не менее — скандинавских богов! В своих изысканиях Хейердал опирается на географическую и историческую энциклопедию, составленную в XIII веке великим исландцем Снорри Стурлусоном и названную им «Круг земной». Именно здесь говорится о том, что владыка скандинавского пантеона Один проживал со своим народом на территории юга России в городе богов Асгард, первый слог которого совпадает с названием Азова (и Азовского моря), если этот топоним (и гидроним) читать как Асов. Затем, по мнению Хейердала, предводитель протонорвежцев увел из этих мест свой народ, опасаясь нашествия римлян, чтобы поселиться в Скандинавии. Это произошло примерно в V веке нашей эры. Где-то около Дона находилось и древнейшее святилище скандинавов, которое они называли Ас-Хоф. Именно Ас-Хоф Тур Хейердал считает тождественным названию Азов.

Как можно понять из некоторых скандинавских саг, громовержец Один был некогда обыкновенным человеком, лишь впоследствии обожествленным. И будущих викингов он привел в Скандинавию, судя по всему, именно из Приазовья. Однако данная миграция древних скандинавов с Юга на Север вторична. Задолго до этого в результате глобального космопланетарного катаклизма те же прапредки норвежцев (и других северных народов) уже однажды мигрировали в составе нерасчлененной индоевропейской этнокультурной общности, но в другом направлении — с Севера на Юг (что случилось не менее пяти тысяч лет тому назад). Впоследствии же, опираясь на древние родоплеменные предания и тайные знания об оптимальном маршруте (спустя много веков превратившемся в путь «из варяг в греки»), скандинавы вернулись на свою историческую (гиперборейскую) прародину.
Но гиперборейские миграции, вызванные космопланетарным катаклизмом и резким похолоданием в северных широтах, проходили и через другие регионы современной России, и в частности — через Уральский. Здесь также имеется множество топонимических следов, оставленных гиперборейскими переселенцами, давшими впоследствии все этническое пестроцветие современных народов. Одним из них и является Азов-гора.

С ней связаны также легенды об исполинской пещере, про которую Бажов поведал в сказе «Дорогое имячко». Пещера та занимает все пространство внутри горы, наделена якобы тайной колдовской силой, и вход в нее до поры до времени закрылся, только стон да плач иногда из-под земли раздается. Считается, что в ближайшее время туда вообще никто не сможет проникнуть. Между тем в сакральном подземном пространстве хранится колоссальная библиотека, в коей сконцентрированы все древнейшие знания, накопленные задолго до появления современных людей. Всего таких библиотек на Урале десять. В этом искренне убеждены приверженцы бажовского движения, о котором пришло время сказать хотя бы вкратце.

Из современного справочника можно узнать, что «бажовцы», как они сами себя называют, — деструктивная (?) полурелигиозная организация сектантского толка, зародившаяся в Челябинске в начале 90х годов XX века и быстро распространившая свое влияние по всему Уралу. Ее лидером и активным пропагандистом-публикатором является Владимир Соболев, называющий себя «пророком бажовской веры». В качестве священных текстов бажовцы используют сказы из «Малахитовой шкатулки», которые объявили «Евангелием от Урала». Истоки этого учения восходят к древней Гиперборее. Бажовцы верят, что в сказках Бажова скрыто сокровенное знание. Хозяйка Медной горы (Хозяйка Урала) считается культовым божеством. Согласно доктрине бажовцев, подобно тому как Алтаем и Гималаями «управляет» Зороастр, так и покровительницей-демиургом Урала является Хозяйка Медной горы — помощница Матери Мира (заимствованной из учения Н.К. и Е. И. Рерихов). Из пропагандистской литературы бажовцев можно также узнать, что Хозяйка Урала — провозвестница Иерархии Света. Ей подвластны и животное, и растительное, и минеральное царства. Ее помощниками являются Великий Полоз, бабка Синюшка, Огневушка-поскакушка и прочие бажовские персонажи. Хозяйка Урала, по представлениям бажовцев, обладает психической энергией, способной превращать фекалии в золото, и бажовцы мечтают, что Хозяюшка со временем откроет сие таинство и умение своим последователям.

Параллельно почитанию Хозяюшке бытует и поклонение покорителю Сибири Ермаку, который среди бажовцев считается «великим божественным воплощением», поскольку он соединил Европу и Азию, открыл путь на Восток, откуда всегда идет свет, где находится таинственное Беловодье, всегда притягивавшее искателей Бога и смысла жизни. Обо всем этом якобы знал Ермак, стремясь достичь сокровенной земли, но ему помешали «темные силы». Опираясь на свое учение, бажовцы регулярно проводят фольклорные фестивали, по существу, являющиеся созданием неоязыческого культа и возрождением архаичных языческих традиций. Другие мистики и эзотерики предпринимали попытку сблизить Хозяйку Медной горы с новозаветной Женой, облеченною в солнце, с символистской Девой радужных ворот, со сказочной Снежной королевой и даже с Алисой в Стране чудес.
Вопрос о сакральном символизме Хозяйки Медной горы и ее атрибутов достаточно сложен и имеет несколько уровней постижения. Даже если ограничиться одними лишь символами, связанными с ключевыми понятиями, то уже здесь обнаруживаются поразительные параллели и взаимные соответствия исходных мифологем. Например, из древнегреческого мифа о Данае известно, что аргосская царевна была заточена своим отцом глубоко под землей в медном дворце, куда к ней и проник Зевс в виде золотого дождя. Налицо символическая триада — «медь — золото — подземный мир», легко и органично проецируемая на владения Хозяйки Медной горы.

Далее...

0

50

Понятно, что Хозяйка Медной горы объявлялась на Урале повсюду, а не только в старом Сысертском горнозаводском округе, куда входила Сысерть — место рождения Бажова — и Полевской, близ которого и располагалась Медная гора (иначе Гумёшкинский рудник). И вообще известна она повсюду, где есть горы (и даже где их нет). Ибо образ Хозяйки горы — не специфический уральский феномен, а явление общемирового порядка. Сквозной линией и в различных своих ипостасях проходит оно через разные исторические эпохи и вехи мировой культуры. Подчас мифологема визуализируется в самых неожиданных обличьях, не сразу узнаваемых под завуалированными временем личинами.

Вот, например, Тангейзер — герой средневековой немецкой легенды (баллады), хорошо известный из одноименной оперы Рихарда Вагнера (1813–1883). Фабула саги и либретто, написанного на ее основе самим композитором, общеизвестна. Молодой рыцарь-миннезингер попадает в любовные тенёта не кого-нибудь, а самой богини Венеры. Он забывает о цветущей земной жизни в ее безжизненных подземных чертогах. Я не оговорился — именно подземных, ибо соответствующие фольклорной основе сцены «Тангейзера» происходят не где-нибудь в роскошной долине или на берегу лучезарного моря, а в глубокой и мрачной пещере внутри горы Герзельберг (что в переводе означает «не потухшая огненная зола»), которая своими очертаниями напоминает гигантскую гробницу. Именно здесь, согласно древнегерманским представлениям, находились подземные владения властительницы зимы и метели Хольды. В Средние века она была отождествлена с античной Венерой, а ее горное убежище получило в народе прозвание Венусберг.
В средневековой и последующей романтической интерпретации Венера воплощает необузданную и страстную языческую стихию в противовес пресному христианскому благочестию. Однако сие вполне соответствует истинной сути античной богини любви, которая отличалась не изнеженностью и инфантильностью, а напротив, — неисчерпаемой сексуальной ненасытностью и неразборчивостью в выборе партнеров. Ибо она всего лишь венчала общую линию развития матриархальной любви, которая началась с общемировой Великой Богини-Матери и, пройдя через ипостаси шумерской Инанны и аккадской Иштар, завершилась в эллинской Афродите и латинской Венере.

Если же отвлечься от исторической конкретики, то схема соблазнения рыцаря Тангейзера Хозяйкой горы Герзельберг мало чем отличается от соблазнения уральского рудокопа Степана Хозяйкой Медной горы в известном бажовском сказе. Между прочим, обоих их настигла месть горных хозяек и постигла одна и та же участь — смерть: Тангейзер гибнет, потому что пренебрег любовью Венеры; Степан в конечном счете из-за того, что отверг настойчивые предложения Хозяйки Медной горы стать его невестой.

http://cs14106.vk.me/c313219/v313219920/460a/-FVwyVv9vZ0.jpg

Людям, живущим в XXI веке, многие мифологические образы и сюжеты приходится усваивать через посредство позднейшей беллетристики. Если последняя — классика, а не современная ремесленная поделка, то можно вполне быть уверенным, что имеешь дело с добротной основой, отображающей подлинное народное мировоззрение. Сказанное относится и к Хозяевам горного мира. Взять, к примеру, классическое творение великого норвежского драматурга Генрика Ибсена (1828–1906) — драматическую поэму «Пер Гюнт», целиком и полностью построенную на материале норвежского фольклора. Обширный эпизод здесь (озвученный в хорошо известной музыкальной миниатюре другого великого норвежца — Эдварда Грига) происходит в глубокой горной пещере и связан с историей дочери Горного короля — безымянной Зеленой принцессы, по статусу своему, как и ее отец, являющейся Хозяйкой гор. По ходу действия она становится очередной женой любвеобильного Пера и после бегства неуемного парня даже родила от него ребенка.
Горный король — классический тролль и главный среди множества таких же подземных жителей мужского и женского рода.

Считается, что тролли — это огромные существа, отличающиеся злобным нравом и не блещущие особым умом. У Ибсена рост Горного короля, его Зеленой дочери и многочисленных подданных вполне нормальный (кроме того, согласно одной из самых известных фольклорных историй Перу Гюнту еще до начала его приключений удалось засадить одного тролля в орех). Но нас здесь интересует совершенно другое. Во-первых: история кратковременной любовной связи Пера Гюнта и Зеленой горной Хозяйки — пусть в многократно искаженной форме — так или иначе напоминает модель отношений Хозяйки Медной горы и ее «кавалеров». Во-вторых: воссозданное в «Пере Гюнте» убежище Горного короля вполне адекватно иллюстрирует представления скандинавских народов о Подземном мире и его иерархии, которые, в свою очередь, восходят к самим истокам общеиндоевропейской мифологии.

Между прочим, мотивы, сходные с уральским и европейским фольклором, можно при желании обнаружить в весьма отдаленных странах, скажем в Японии. Здесь знакомые черты Хозяйки Медной горы обнаруживаются у богини священной горы и символа Страны восходящего солнца — Фудзиямы. Имя подземной владычицы, живущей в глубокой пещере вместе с драконом, — Сэнгэн-сама. В японских средневековых легендах рассказывается о встрече с ней самурая Тадацунэ. В отдельных моментах это повествование напоминает сюжеты бажовских сказов.

Далее можно переместиться и на другой континент, например в знойную Бразилию. Не верите? Тогда внимательно прочтите легенду-сказку «Договор с ящерицей». Здесь тоже волшебница из глубокой пещеры, могущая обернуться то безобразной старухой, то соблазнительной девушкой, а то и ящерицей (чувствуете знакомый колорит?), одаривает бедного юношу несметным богатством, правда в несколько необычной форме: всего-навсего одной золотой монетой, которую никакими способами невозможно истратить, — на ее месте тотчас же появляется другая. Остальное в этом бразильском сплаве индейского, негритянского и португальского фольклора — почти как в подземных чертогах Хозяйки Медной горы или в пещере Горного короля:

«Теперь гаушо (португалоязычный эквивалент испаноязычного “гаучо” — так называли метисов, рожденных индейскими женщинами от отцов европейского происхождения. — В.Д.) видел гору насквозь, точно она была прозрачной. Он видел все, что происходило в ее недрах; ее обитатели: ягуары, скелеты, карлики, прекрасные девушки, гремучая змея — все сплелись в один клубок, все кружились, все извивались в красном пламени, которое вспыхивало и гасло во всех подземных коридорах, из которых шел дым, шел всё гуще и гуще; рев, крики, визг, вой, стоны сливались в гул, который стоял над гребнем горы. Морщинистая старуха превратилась в ящерицу, ящерица — в мавританскую принцессу, мавританская принцесса — в прекрасную индеанку из племени тапуйяс <…>».

* * *

Внешний вид Хозяев гор — вообще разговор особый. Современные художники — иллюстраторы бажовских сказов, а также мультипликаторы, создатели сценических и игровых кинематографических версий — сильно идеализировали образ Горной владычицы, изображая ее в типично русском одеянии и с кокошником. Не все договаривал и сам Бажов. Действительный образ Хозяйки совсем иной. Так, хозяйки гор, какими их представляют различные народности Алтая, описываются обычно в виде рыжеволосых женщин или девушек, преследующих мужчин. Хозяйка горы неожиданно предстает перед своим избранником в обнаженном виде и требует любви. От обычных женщин ее отличают неправдоподобно большие груди, закинутые за плечи или заложенные под мышки. Насладившись любовью, Хозяйка горы одаривает мимолетного возлюбленного удачей в его предстоящих делах. Нетрудно уловить поразительно сходную сюжетную линию (схему, модель), роднящую алтайские и уральские сказания, что само по себе свидетельствует об общем источнике их происхождения. Хозяйка Медной горы также настойчиво предлагает себя в жены, суля в качестве приданого свои несметные богатства (правда, в бажовских сказах — вроде бы безрезультатно).

http://cs14106.vk.me/c313219/v313219920/4640/iw8LfOj24PY.jpg

Налицо также и литературная самоцензура Бажова: совершенно ясно, что он намеренно придал своим сказам эстетически благопристойный вид и полностью опустил сексуально-эротический аспект сказаний, вне всякого сомнения, занимавший важное место в исходных вариантах обработанных писателем «тайных сказов»; кроме того, он растянул на многие годы пребывание пленника Хозяйки Медной Горы в ее подземных чертогах. Естественно, в результате подобных любовных связей рано или поздно на свет должны появляться дети. Фольклор уральских народов (по крайней мере опубликованный) говорит на эту тему довольно глухо. Тем не менее сохранились явственные свидетельства, что у Хозяйки Медной Горы была дочка по имени Змеегорка. Кроме того, в бажовских сказах присутствует и множество ящерок, подобно своей владычице способных к оборотничеству, которых Хозяйка именует то своим войском, то слугами, то детками.

Конкретный матриархальный типаж — правда, теперь уже Хозяйки не Подземного царства, а степных южноуральских просторов, где также повсюду обозначены горные и скальные отроги Уральского хребта — можно увидеть на древнем рисунке, найденном в районе Кыштыма (Челябинская область), откуда, впрочем, и до бажовских мест — Сысерти и Полевского — рукой подать. Обнаженная юная дева с двумя мечами, заложенными в набедренные ножны, — и перед глазами невольно предстает воображаемая картина: стремительная лавина таких уральских амазонок с поднятыми над головой мечами несется на врага, сметая все и вся на своем пути.

Быть может, именно такая матриархальная орда осаждала легендарный Аркаим, взяла его с помощью дьявольской женской хитрости, разрушила и сожга. Ныне же поражающие воображение остатки древней спиралевидной крепости, стертой с лица земли, сокрыты под ковром степных трав: археологи, раскопавшие и исследовавшие в 80–90-х годах XX века Уральскую Трою, вновь засыпали ее до поры до времени — таков порядок проведения полевых археологических работ.

Не менее колоритны в представлении сибирских народов и мужские хозяева гор. В центре Кузбасса, в отрогах Кузнецкого Алатау расположена Горная Шория, где испокон веков живет древний народ шорцы, говорящий на одном из тюркских языков (близких к хакасскому). Они почитают не Хозяйку, а Хозяина гор — с зелеными волосами, такими же глазами и в каменных сапогах. О встрече с ним рассказывается в легенде о Железной горе (Темиртау).

В подземный дворец Хозяина гор попал однажды бедный охотник и был одарен полным мешком драгоценных камней. И был среди них один совсем неприметный камень — тяжелый и бурый. Решили его испытать огнем, бросили в жаркий очаг, и потекла вдруг из раскаленного добела камня огненная жидкость. Застыв, она превратилась в твердый и ковкий металл. Так было открыто железо.

По всему миру распространены мифологические рассказы о духах — хозяевах гор. И не только среди народов-насельников крупных горных систем и массивов, таких, к примеру, как Урал, Алтай, Саяны, Кавказ и др. На Сахалине и по берегам Амура проживает коренная народность нивхи (в прошлом — гиляки), численность которых не достигает и пяти тысяч. Среди них также бытуют древние мифы о духах гор:

«Нивхи издавна наблюдали, что на берегу моря была некая “тропа битвы”: там валялись разбросанные морские водоросли, еловые ветки. Только теперь, после описываемого ниже, нивхи могут сказать, кто же победил: дух горы или дух моря. Однажды нивх-охотник заблудился в лесу. Во сне ему явился какой-то человек, который пригласил его к себе в селение, по его словам, вход в него находился на середине горы. Нивх поднялся в гору, посередине там оказалось отверстие. Войдя, оказался в селении, где находилось 30 жилищ. Подойдя к одному из жилищ, увидел выходящего к нему человека из сна. Тот пригласил нивха в дом, там находилось еще шесть человек. Хозяин дома посадил нивха на нару для почетных гостей, накормил, объяснил ему, что в их селении нет ночи и нет зимы, нет дождя. Себя он назвал курн — главный дух гор. Позднее хозяин дома рассказал нивху, что периодически горные люди позволяют убить себя злому духу — морскому человеку. По закону, духи гор и духи моря должны периодически сражаться, и побежденный позволяет себя убить; но всегда побежденным оказывается горный человек. Нивх решил помочь своему новому другу.

Как-то хозяин дома сказал нивху, что на земле людей уже наступает весна, через шесть дней придется ему отправиться воевать, и он уже готовится принять смерть. В указанный день они вместе вышли на поверхность горы. Хозяин влез в медвежью шкуру и превратился в огромного медведя; предложил нивху взобраться ему на спину, чтобы таким образом быстрее спуститься к морю. Медведь остановился возле человеческого селения, и нивх слез с него. Вдруг медведь затрясся от страха, и нивх увидел большущего сивуча, плывущего к берегу. Человек сказал медведю, чтобы тот не боялся, так как по закону нивхов они убивают и едят сивучей, и он вместо горного хозяина сразится с этим сивучом. Как только сивуч вылез на кремнистый песок, нивх убил его копьем. Разделав сивуча, на костре пожарил его мясо. Нивх хотел накормить медведя мясом сивуча, но тот отказался; позднее, сняв с себя шкуру и обретя человеческий облик, горный человек все же отведал мяса сивуча, оно ему понравилось и съел много. Затем, желая отблагодарить нивха, горный хозяин уговорил его снова отправиться в горное селение; нивх добирался опять верхом на медведе. Горный хозяин рассказал другим обитателям этого селения, что он поел мяса сивуча, легко убитого нивхом, и что теперь, как он понял из всего, поскольку он отведал мяса их злого духа, то в предстоящих сражениях победа будет не всегда за морскими людьми, но то на одной стороне, то на другой. В благодарность нивху дали в жены сестру хозяина жилища, и вместе с женой герой спустился в человеческое селение. С тех пор самые разнообразные лесные звери сами приходили к нивху в его сени, и он их убивал, богато жил».

Но и славяне не отстают от остального мира. В словацкой сказке «Повелитель камней и руд» можно увидеть многие подземные реалии и сюжетные нюансы, знакомые как по легендам других народов, так и по бажовским сказам:

«Уже, уже сдвигаются горы, выше становятся. Очутились они в ущелье, таком тесном, что кареты еле проходят. Вот и конец ущелью, упирается оно в тупик. Да нет, не в тупик — зияет перед ними вход в пещеру, словно пасть каменного дракона. Кони, не замедляя бега, так и влетели туда. Только въехали, сотряслась земля, гул позади них раздался, — это сошла с гор лавина, завалила вход в пещеру. Разом стало темно, хоть глаз выколи. Испугалась молодая, прижалась к мужу, защиты ищет. Он ее успокаивает:

— Не бойся, жена, всё так, как быть должно. Скоро дома будем.
И правда, посветлело впереди. Выехали они из пещеры снова в горы. По уступам гор лес растет. И горы диковинные, и лес диковинный. Присмотрелась молодая — всё кругом оловянное. Скалы из олова, на дубах да осинах ветки и листья из олова, на елях и соснах кора оловянная, хвоя оловянная. Высунулась в окошко молодая, посмотрела вверх — и небо над ней оловянное, тусклым светом светится. Всё будто во сне застыло, не шелохнется, да и откуда под землей ветру взяться?! Расступились наконец оловянные горы. Широкая долина перед ними. Всё заблестело кругом. Трава там из зеленого камня, цветы самоцветные, из голубого камня небо над головой. А посреди долины стоит золотой дворец с серебряными окнами».

Было бы значительным упущением пройти мимо еще одного матриархального бажовского образа. Волшебница Бабка Синюшка из сказа «Синюшкин колодец» — тоже Хозяйка, даже еще в большой степени, чем властительница Медной горы, ибо ее владения распространяются не только на земные недра, но и на водную стихию. Собственно, и сакральный колодец находится не где-нибудь, а посреди непроходимого болота, на маленьком неприметном островке, куда и попадает случайно главный герой сказа — приисковый парень Илья. В колодце у Синюшки богатства несметные, но поделиться ими она готова лишь с праведником и бессребреником, а хапугу и вора Кузьку безжалостно топит в бездонном колодце. Сама же Синюшка — оборотень из оборотней — всегда старая, всегда молодая, как она сама о себе говорит: и ручищи ее бескоготные растут, готовые утянуть в болотную трясину любого, кто подвернется, и превратиться способна в распригожую красавицу, и исчезнуть может прямо на глазах. Можно с уверенностью утверждать, что образ Синюшки этой самой гораздо ближе к общемировому стандарту Хозяек земных недр, чем красавица Хозяйка Медной горы.

Хозяйка гор, как правило, объединяет в себе положительные и отрицательные качества. В немногих случаях последние преобладают, и тогда их носительница выступает исключительно зловредным и коварным существом. Однако при ближайшем и внимательном рассмотрении демоническое обличье оказывается результатом позднейшей идеологической дискредитации.

Типичным примером может служить легендарная история происхождения тибетского народа, прародительницей коего считается Горная ведьма — недвусмысленный коррелят Хозяйки Медной горы, с той лишь разницей, что ее партнерами выступают не уральские камнерезы и рудокопы, а бодхисатва, он же по совместительству — обезьяний царь.

Этот царь обезьян был буддийским девственником и праведником, последователем одного из выдающихся бодхисатв Авалокиты. В него-то и влюбилась кровожадная и похотливая Горная ведьма, настойчиво домогаясь взаимности:

О, обезьяний царь, услышь меня, молю!
По силе злой судьбы я бес, но я люблю.
И, страстью сожжена, теперь к тебе стремлюсь.
Со мной не ляжешь ты, я с демоном сольюсь.
По десять тысяч душ мы будем убивать,
Мы будем жрать тела, и будем кровь лизать,
И породим детей жестоких, словно мы.
Они войдут в Тибет, и в царстве снежной тьмы
У этих бесов злых возникнут города,
И души всех людей пожрут они тогда.
Подумай обо мне и милосерден будь,
Ведь я люблю тебя, приди ко мне на грудь!.

В конечном счете царь обезьян и Горная демоница стали мужем и женой. От этого брака родилось шесть не похожих друг на друга обезьян, которые вскоре стали размножаться с невероятной быстротой. Есть стало нечего, и их праведный отец вынужден был обратиться к своим небесным покровителям. Те ниспослали на землю семена культурных растений, и обезьянье племя, начавшее возделывать землю, постепенно цивилизовалось: у них исчезла шерсть и хвосты. Так возникли люди. Считается, однако, что одна часть из них ведет начало от отца-бодхисатвы, а другая — от матери-ведьмы. Потому-то одни люди милосердные и добродетельные, другие же — коварные и злокозненные.

Представляется, что обезьяны в тибетской легенде играют ту же роль, что и ящерицы, окружающие Хозяйку Медной горы в уральских сказах. Хотя в случае с Горной ведьмой речь идет не только о дискредитации ставших чуждыми идеологии и менталитета, но и об исчезновении господствовавших в далеком прошлом матриархальных отношений.

Далее...

+1

51

Для правильного понимания истинной подоплеки образа Хозяйки (Медной) горы и всего последующего изложения придется обратиться к самым глубинам человеческой истории, когда повсеместно господствовал культ Великой Богини-Матери, обусловленный матриархальным укладом всей общественной жизни. В современной этнографии и теоретической социологии под матриархатом (от латинск. mater (matris) — «мать» + греческ. arche — «власть») понимается существовавшее в древнейшую эпоху владычество женщин, предшествовавшее патриархату. Это была такая стадия в развитии человеческого общества, основанная на материнском роде, когда сменяющие друг друга поколения по причине отсутствия узаконенного брака вели свою родословную исключительно по женской линии.

Согласно классической научной традиции, появление, укрепление, а затем и исчезновение матриархата объясняется довольно-таки просто и достаточно убедительно. В условиях промискуитета (то есть неупорядоченных и неконтролируемых половых отношений) ребенок не знал своего настоящего отца и его родословная, вполне естественно, велась по матери. Кроме того, на плечи женщины легла основная тяжесть не только по воспитанию детей, но и по ведению домашнего хозяйства, приготовлению пищи, поддерживанию огня в очаге и т. п. Это и обусловило ее центральную роль в первобытном социуме. Но это же в дальнейшем привело и к всемирно-историческому поражению женского пола, как иногда несколько высокопарно выражаются ученые. Ибо, оставаясь привязанной к домашнему очагу и выполняя ограниченный круг домашних обязанностей, женщина оказалась невостребованной в других сферах человеческой деятельности — скотоводстве и земледелии, участии в войне и управлении различными общественными структурами.

Переход от матриархата к патриархату (то есть к власти мужчин) проходил хотя и естественным, но далеко не безболезненным путем. Многие завоеванные позиции женщины сдавали с трудом, а некоторые и вовсе не уступали. Поэтому пережитки матриархата сохранялись очень и очень долго, некоторые же из таких пережитков у отдельных этносов сохранились и по сей день. Особенно сие относится к традиционным обычаям и верованиям, включая и сакральную область заклинаний и заговоров, гаданий и прорицаний, врачевания и колдовства.

В далеком прошлом, по существу, вся человеческая история и предыстория начиналась с поклонения женскому началу и женскому естеству. Прежде всего это относится к процессам воспроизводства себе подобных, где главную роль играет женщина, которой на роду написано быть матерью. Недаром на языке североамериканских индейцев навахо земля называется naestsan, что дословно переводится как «опрокинутая на спину» (то есть «приготовившаяся к соитию женщина»). При этом, по представлениям индейцев, у Матери-Земли существует четыре чрева, в самом глубоком из них когда-то произошли и изначально жили люди.

В основе оргиастических культов, распространенных по всей Земле, лежали таинства оплодотворения, зачатия и родов. А объектами поклонения, жертвоприношения и соблюдения подчас достаточно жестоких ритуалов неизбежно становились природные и рукотворные феномены, выражающие женское естество: пещеры, ущелья, озера, колодцы, венки, кольца и пр. Так сложился культ Великой Богини, распространенный по всему миру, во все времена и у всех древних народов. Его корни уходят к самым истокам человечества. Свидетельство тому — многочисленные скульптуры древних богинь и изображения женского естества, которые найдены практически на всех континентах Земли.

Великая Богиня-Мать многолика и полифункциональна. Являясь носителем одного и того же содержания, у разных этносов она выступает под разными именами. Эту многоликость в свое время лучше всего представил Апулей в своем знаменитом романе «Золотой осел», где богиня обращается к главному герою Луцию с такими словами:

«Вот я пред тобою, Луций, твоими тронутая мольбами, мать природы, госпожа всех стихий, изначальное порождение времен, высшее из божеств, владычица душ усопших, первая среди небожителей, единый образ всех богов и богинь, мановению которой подвластны небес лазурный свод, моря целительные дуновенья, преисподней плачевное безмолвие. Единую владычицу, чтит меня под многообразными видами, различными обрядами, под разными именами вся Вселенная. Там фригийцы, первенцы человечества, зовут меня Пессинунтской матерью богов, тут исконные обитатели Аттики — Минервой (греч. Афиной. — В.Д.) Кекропической, здесь кипряне, морем омываемые, — Пафийской Венерой (Афродитой), критские стрелки — Дианой (Артемидой) Диктиннской, трехъязычные сицилийцы — Стигийской Прозерпиной (Персефоной), элевсинцы — Церерой (Деметрой), древней богиней, одни — Юноной (Герой), другие — Беллон, те — Гекатой, эти — Рамнузией, а эфиопы, которых озаряют первые лучи восходящего солнца, арии и богатые древней ученостью египтяне почитают меня так, как до???(удар.)лжно, называя настоящим моим именем — царственной Исидой. Вот я пред тобою, твоим бедам сострадая, вот я, благожелательная и милосердная. Оставь плач и жалобы, гони прочь тоску — по моему промыслу уже занимается для тебя день спасения. Слушай же со всем вниманием мои наказы. День, что родится из этой ночи, день этот издавна мне посвящается. Зимние непогоды успокаиваются, волны бурные стихают, море делается доступным для плавания, и жрецы мои, спуская на воду судно, еще не знавшее влаги, посвящают его мне, как первине мореходства. Обряда этого священного ожидай спокойно и благочестиво».

Этот перечень можно продолжить, выводя за черту средиземноморской культуры. В Древней Индии Великая Богиня-Мать известна под именами Дьяус и Притхиви, у древних майя — Кукумац и Тепеу, у новозеландских маори — Ранги и Папа, у енисейских кетов — Хоседэм и т. д. Вполне естественно возникает вопрос: можно ли этот список пополнить уральской Хозяйкой Медной горы? Думается, Великой Богиней она когда-то действительно была, но, скорее всего, под другим именем. Когда часть гиперборейцев поселилась в Уральском регионе, положив начало современным народам, в числе их культов непременно была и матриархальная Праматерь. Однако со временем, по истечении многих веков и тысячелетий, она постепенно была приспособлена к местным реалиям и в конечном счете превратилась в ту Хозяйку Уральских гор, которую мы знаем из бажовских сказов.

Современный английский исследователь древней мифологии Роберт Грейвс (1895–1986) попытался свести всё многообразие Владычицы матриархата к одному общему знаменателю и воссоздать некий условный прототип Праматери Мира, поименованный им Белой богиней — Альбиной (от латинск. albus — «белый», откуда уже вытекает целая вереница индоевропейских лексем и топонимов: например, Альбион — древнекельтское название Британских островов, Альпы, Эльба и т. д. и т. п.). Хотя образ Хозяйки Медной горы (несомненно, но в конечном счете) восходит и к общемировой мифологеме Великой Богини-Матери, поставить знак равенства между уральской владычицей и Белой богиней не представляется возможным хотя бы по причине несовпадения их цветовых характеристик: Малахитница, понятно, зеленого цвета, а никак не белого. Зато тотчас же напрашивается аналогия между носительницей малахитового одеяния и Зеленой Тарой — одной из двух главных ипостасей «ламаистской богородицы», сердобольной спасительницы, заступницы и утешительницы, которая восприняла многие черты древней Великой Богини.

Не приходится сомневаться, что в прошлом она концентрировала в себе множество функций, кои впоследствии были распределены между другими, новыми, богинями. Нас же, естественно, в соответствии с генеральным замыслом книги, здесь и далее должно в первую очередь интересовать понятие, выраженное ключевым словосочетанием Хозяйка гор, то есть то, которое, пройдя века и тысячелетия, перешло на уральскую Хозяйку Медной горы. Типичным примером может послужить античная Великая Богиня Кибела, чей культ наряду с другими восточными божествами был принят и получил широкое распространение уже во времена Римской империи и слился с более древним культом богини Реи — матери Зевса и других олимпийских богов.

Первоначально Кибела как Великая Богиня почиталась в Малой Азии, где за ней и закрепился эпитет Горной (Хозяйки). Ее культ был жестоким и устрашающим. Богиня требовала непрерывных кровавых жертв. Что это были за жертвы, описывает уже в новое время известный античный писатель Лукиан Самосатский (ок. 120 — после 180). Вот как описывается кульминация весеннего празднества в честь Великой Богини:

«В то время, как одни играют на флейтах и справляют оргии, на многих уже находит безумие, и, хотя пришли они сюда только как на зрелище, начинают делать следующее, — расскажу и о том, что они делают: юноша, которому надлежит совершить это, с громким криком сбрасывает свои одежды, выходит на середину и выхватывает меч; мечи эти постоянно находятся там, как я думаю, для этих целей. Оскопив себя мечом, юноша носится по всему городу, держа в руках то, что он отсек. И в какой бы дом он ни забросил это, оттуда он получает женские одежды и украшения. Вот всё, что совершается во время оскопления».

Этот бесчеловечный обычай существовал на протяжении тысячелетий и был связан в первую очередь с культом Великой Богини Кибелы — в память о ее возлюбленном Аттисе, первым подвергшим себя самокастрации (правда, в состоянии помутнения разума). (Между прочим, начало взаимоотношений самовластной и не терпящей возражений Кибелы с прекрасным юношей Аттисом очень напоминает схему соблазнения уральских парней Хозяйкой Медной горы). В соответствии с матриархальной традицией изуверский ритуал массового или индивидуального оскопления мужчин был распространен повсеместно, а его традиции уходят в глубь веков. Тем более что уж чего-чего, а кровожадности в оргиастических ритуалах, особенно выполняемых женщинами, хватало во все времена.

Достаточно показательны необузданные оргии с бесконтрольно-сексуальным и кровавым финалом, который в античной Греции был связан с культом Диониса-Загрея (подробнее о нем — см. ниже). Здесь шествия и радения одурманенных вином и наркотиками толп сопровождались дикими конвульсиями и бессвязными выкриками, преследованием и растерзанием всего живого.

Особенно неистовствовали женщины, прозванные менадами (буквальный перевод — «безумствующие»). Наркотическое снадобье они вводили прямо во влагалище и превращались в сексуально необузданных фурий. Полуобнаженные, едва прикрытые звериными шкурами, увитые плющом и обвешанные задушенными змеями, со спутанными волосами и искусственными фаллосами в руках, которые впоследствии трансформировались в ритуальные свечи, менады с дикими воплями носились по лесам и горам, преследуя мужчин, а насладившись ими, разрывали на части, пили кровь своих жертв и других растерзанных живьем животных. Тем самым они как бы приобщались к телу и крови самого Диониса, который, по наиболее распространенной версии, был растерзан титанами, а куски его тела оказались разбросанными по всей земле (еще один вариант о расчлененном космическом божестве), и лишь впоследствии Зевсу удалось оживить собранные части.

Уместно также вспомнить, что в свое время и на Крите существовал архаичный обычай ежегодного принесения в жертву маленького мальчика. На день его объявляли царем, а потом живьем разрывали на части и съедали — в память о растерзанном и съеденном титанами младенце Дионисе-Загрее. Позднее обреченные к растерзанию дети стали заменяться бычками, которые, впрочем, по-прежнему разрывались на части живьем и тут же поедались в сыром виде. Неудивительно, что именно такие и подобные бесчеловечные обычаи послужили одной из причин, по которой жестокие матриархальные отношения вообще утратили свои позиции, вызвав неизбежный протест и справедливый бунт со стороны мужской половины общества.

Доискиваясь до самых глубинных истоков бажовских мифологических образов нельзя также пройти мимо одной из главных богинь античного пантеона, покровительницы греческого народа Афины Паллады. На многочисленных изваяниях (в том числе на знаменитой статуе работы Фидия, стоявшей в главном святилище афинян — Парфеноне) она изображалась вместе с огромным змеем, принявшим S-образную стойку. Этот змей у ног Совоокой богини порождает множество вопросов. Традиционно считается, что сей змей — всего лишь символический атрибут у ног девы-воительницы. Однако беспристрастный и скрупулезный анализ приводит к совершенно неожиданному выводу: змей этот — сын Афины Паллады, коего она, оставаясь девственницей, сотворила с помощью магических действий.

А дело было так. Хромоногий и безобразный бог Гефест воспылал страстью к Афине, когда та пришла к нему, чтобы выковать оружие, и попытался силой овладеть прекрасной, но непреклонной богиней. Та увернулась, а распалившийся бог-кузнец пролил семя прямо на бедра предмету своего вожделения. Афина с брезгливостью вытерла сперму клочком шерсти и бросила его на землю. Вот из этого субстрата при содействии Земли — Геи и родился змей, прозванный Эрихтонием. Позднейшая традиция превратила его в змееногое чудовище, при виде которого люди сходили с ума. Афина самолично и тайно воспитала его. И хотя подробности данного странного эпизода олимпийской мифологии давно утрачены, знаменитый позднеантичный автор Павсаний, посетивший Парфенон во II веке новой эры и видевший своими глазами творение Фидия, изваянное из слоновой кости и золота, — прямо называет змея у ног Афины Эрихтонием (I, 24, 7).
Эллины так и звали Афину Палладу — «живущая со змеей (змеем)». В одном из орфических гимнов она вообще поименована змеей:

«Переливаешься ты, о змея, в исступлении божьем…» (обращаю внимание, что стиль песнопения и прямое отождествление богини со змеей очень уж напоминает какой-нибудь гимн Ригведы).

У орфиков она к тому же названа еще и покровительницей (то есть Хозяйкой!) гор и пещер:
<…> Дивная, любишь пещеры и горные держишь вершины
Гор, отдающихся эхом, и любишь лесные ущелья <…>.

Алексей Федорович Лосев, лучший знаток античной мифологии, написавший об Афине Палладе блестящее эссе, полагал, что в мифологическом сознании эллинов богиня-девственница была в отношении древности и исторического приоритета важнее самого владыки Олимпа — Зевса, ибо ее образ восходит ко временам матриархата, «когда о Зевсе не было и помину» (правда, в таком случае не вполне ясно, как Афина могла стать дочерью Зевса). О матриархальных корнях свидетельствует, по Лосеву, и змеиная атрибутика девы-воительницы. На некоторых изваяниях и изображениях она предстает со множеством змеиных причиндалов: металлические змейки помещены на шлеме и одежде; а на одной статуе в полный рост фибула (застежка) на плаще представляет собой клубок сцепившихся змей. Нет, трудно отделаться от впечатления, что у Афины Паллады очень много общего с Хозяйкой Медной горы. Причина одна — общий источник происхождения.

http://lib.rus.ec/i/9/264109/i_007.jpg

Культ Афины Паллады утвердился в Элладе далеко не сразу. Ученые-историки единодушно подчеркивают, что имя ее совсем не греческого происхождения и, скорее всего, сопряжен с мифологией индоевропейской народности, которая предшествовала на Балканах ахейцам и дорийцам, а позже была ассимилирована последними. Звались они пеласгами и так же как и другие индоевропейцы появились в Средиземноморье не ранее II тысячелетия до новой эры. Как и всем другим, им пришлось долго мигрировать с Севера на Юг после катастрофического катаклизма, постигшего их общую полярную прародину. Судя по всему, именно тогда и зародился культ Афины, бывшей одной из матриархальных предводительниц мигрантов. Сопровождавшие ее служители и проводники в свое время получили прозвище афинцев (офенцев, офеней), кои являлись хранителями древнего тайного знания и говорили на особом афинском (офенском) языке. Потомки офеней дожили в России до конца XX века нашей эры, сохранив многое от древней гиперборейской эпохи.
Но и после появления на территории Эллады Афине не сразу удалось утвердить свой авторитет. Сначала ей пришлось вступить в нешуточную борьбу с владыкой водной стихии Посейдоном и принудить его к уступке. Затем наступила очередь пеласгийского царя Кекропа (Кекропса), который владел городом, названным впоследствии Афинами, и построил первый храмовый комплекс и укрепления на Акрополе. Кекроп был хтоническим змееногим существом с головой человека и телом змея. При нем в Средиземноморье случился первый потоп, но первенство Афине он уступил без кровопролития. Вот как описывает эту историю, подробности коей были давно утрачены, поздний античный мифограф Аполлодор:

«Кекропс был автохтоном, тело у него было сросшееся из тела человека и дракона. Он стал первым царем в Аттике, и эту страну, прежде называвшуюся Актой, назвал по своему имени Кекропией. При нем, как говорят, боги решили поделить между собой города, где бы каждый из них пользовался только ему одному принадлежащими почестями. В Аттику первым пришел Посейдон и, ударив трезубцем о землю посреди акрополя, явил источник морской воды, который ныне называют Эрехтеидой. После него пришла Афина и в присутствии Кекропса вырастила оливу, которую теперь показывают в Пандросии. Когда после этого между двумя богами начался спор из-за обладания Аттикой, Зевс разрешил его, дав им в качестве судей не Кекропса и Краная, как говорят некоторые, и не Эрисихтона, а двенадцать олимпийских богов. Эти боги изрекли приговор, согласно которому эта страна должна была принадлежать Афине, так как Кекропс засвидетельствовал, что Афина первой вырастила там оливу. Афина назвала город по своему имени Афинами, Посейдон же, разгневавшись, затопил Триасийскую равнину и двинул море на Аттику».

Между прочим, память о Кекропе как древнем пеласгийском вожде и жреце, быть может, даже сохранилась в снятом виде в современном русском языке (и языках других народов России), правда, не в основном словарном запасе, а во вспомогательном. Общеизвестно, что в древности объектами поклонения нередко становились выдающиеся (своими размерами или конфигурацией) камни, а также сооружения из таких камней. Они могли быть искусственными — менгиры, дольмены, кромлехи, гурии, сейды, обо, разного рода выкладки, лабиринты (вавилоны), стенки, пирамидки и т. п. Но могли быть естественными — валуны, останцы, одинцы, кекуры. Последнее название — кекур (так именуется отдельно стоящий столбовидный камень на вершинах гор, рогообразная скала на побережье и даже арктический ледяной торос) — вполне созвучно с именем Кекроп.

О слитности и нераздельности трех миров — змеиного, человеческого и божественного свидетельствуют и другие факты древнейшей античной истории. Например, один из главных своих эпитетов — Пифейский — солнцебог Аполлон принял после победы над исполинским змеем Пифоном, который обитал в глубокой земной расщелине. Пифон — не «простой» змей, он — сын Геи, Матери-Земли. Рядом с глубокой подземной пещерой, где он обитал, испокон веков находилось святилище и под воздействием наркосодержащих испарений совершались пророчества жрицами-пифиями, поименованными так, как нетрудно догадаться, в честь змея Пифона. После умерщвления дракона Аполлоном святилище сохранилось и пифии продолжали свою прорицательскую деятельность, — но уже в храме, посвященном богу Аполлону, где находился Дельфийский оракул. Сами пифии по-прежнему были глубоко под землей, восседая на треножники, освещенные факелами и окутанные ядовитыми испарениями, а вокруг них по полу ползало множество громадных змей.

Далее...

0

52

Ключи к волшебным сказкам славяно-ариев

http://img-fotki.yandex.ru/get/9815/31076716.77/0_e17ce_f723ae57_L.jpg

Русские народные сказки являются наследственной сокровищницей духовного опыта наших Предков, их знания законов и бытия миров Прави, Слави, Яви и Нави.

Для сведущего человека эти сказки предстают неисчерпаемым кладезем мудрости, позволяющей людям осознать сокровенную глубину жизни славянского народа и его Ведического мировоззрения – Родобожия.

При внимательном прочтении и исследовании волшебных сказок выявляются восемь смысловых уровней. Эти уровни рассмотрены в трудах В. Я. Пропп[1] с его точки зрения.

Запрет

В русских народных сказках запрет нарушения законов пяти стихий Природы – огня, воздуха, воды, земли и эфира (мысли) представлен в виде запрета света, взгляда, пищи, соприкосновения с землёй и общения с людьми. Установление запрета – одно из условий сказки; с его нарушения начинается развитие действий.

Беда

Вследствие нарушения запрета начинается беда («без еды» – голод), то есть испытание, заканчивающееся всегда благом. Для того, чтобы беда миновала, необходимо кому-то отправиться в путь, а для этого требуется снаряжение.

Снаряжение героя в путь

Снаряжение состоит из палицы-посоха, пищи и обуви – умственного оружия, умения питаться праной – космической силой и способности выхода при жизни из мира Яви.

Получение волшебного средства

Достичь цели герою помогают волшебные подарки и помощники.
Обычный даритель в сказках – это Баба-Яга («баба» – уважаемая; «ягья» – жертва, «йога» – связь со Всевышним Богом).

Существует три разных Яги:

Яга-дарительница – старушка, или бабушка-задворенка (иногда бывает старик или животное), то есть помощь Предков.
Яга-похитительница устраивает более серьёзные испытания, после которых герои обретают определённый опыт и становятся лучше, совершеннее. Например, испытание Навью, то есть смертью. На санскрите Бог Смерти именуется «Яма», его представительница Баба-Яга – костенога, такие же костяные ноги (т.е. копыта) имеют черти, Пан, фавны и иные представители мира Нави. Соединение образа Яги с образом Смерти привело к подмене её костяной ноги ногой скелета.
Яга-воительница наказывает героя за неправильные действия, то есть направляет на путь истинный. Она – служитель Канона Кармы и представитель пограничной силы Слави, Яви и Нави.

Следует отметить, что нет ни одной древней сказки, где бы Баба-Яга съела ребёнка или человека – она только лишь пугает их, испытывает и обучает. Жестокость Бабе-Яге приписали пришедшие на Русь христиане.

Обряд посвящения

Герой должен пройти обряд, который представляет из себя дорогу через «дремучий лес» («дрёма» – сон; «лес» – лез), то есть выход в Навьем (астральном) теле в мир Нави.

На границе между Явью и Навью – миром мёртвых, стоит сторожевая застава – избушка.

Избушка на курьих ножках

Вход в избушку только из мира мёртвых – Нави.

Развернув её с помощью заклинания «…ко мне передом, к лесу задом» и войдя в неё, герой после испытания вылетает из избушки на коне, то есть в духовном (Дивьем) теле, или на орле, или, превратившись в лебедя, то есть становится «парамахамсой» («высоколетящим лебедем» – вознесённой душой).

Следует отметить, что сквозь избушку («клеть» – т.е. тело) проходит лишь тот, кто знает названия её частей: порога, замка, пола, печи, двери, косяка и окна, то есть владеет знаниями и качествами энергетических центров человека.

Вошедшего в избушку Баба-Яга спрашивает о цели посещения: «Дело пытаешь или от дела лытаешь?» Герой же не говорит сразу об этом, а требует: «Чего кричишь? Ты прежде напои-накорми, в баню своди, да после про вести и спрашивай». Именно это и смиряет Бабу-Ягу, ибо вкусивший пищи мёртвых (т.е. праны) навсегда причисляется к их сонму. Отсюда запрет прикасания живых к этой пище. Требуя еды, герой тем самым показывает, что он не боится этого.

Живой человек для Бабы-Яги невидим, она или выслушивает, или вынюхивает пришельца. Как мёртвых могут видеть лишь особо подготовленные для этого люди (например, шаманы), так и среди мёртвых могут видеть живых лишь их «шаманы» – например, гоголевский Вий.

Существа мира Нави узнают живых людей потому, что они пахнут, смеются, зевают и спят. Отсюда вытекают соответствующие испытания.

Испытание

Оно заключается в выполнении задачи: «Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Страна, куда посылается герой, есть «тридевятое царство, тридесятое государство», то есть мир Слави. Находится оно в иных пространственно-временных измерениях, а «принеси то, не знаю что» является овладением своим духовным (Дивьем) телом, имя которого запретно и высказывается не прямо, а иносказательно.

Для доказательства своей духовной силы герой должен справиться с задачей, которая обычно излагается так: «Елена Прекрасная приказала выстроить себе храм о двенадцати столбах, о двенадцати венцах… будет ждать жениха, удалого молодца, который бы на коне-летуне с одного взмаха поцеловал её в губки»; «Кто в третьем этаже мою дочь Милолику-царевну с разлету на коне поцелует, за того отдам её замуж»[2].

Очень часто испытание состоит из трёх задач в различных соединениях, например: насадить чудесный сад; за ночь посеять, вырастить и обмолотить хлеб; построить за ночь золотой дворец и мост к нему. Эти задачи иногда сочетаются с заданием объездить или укротить коня и другими: «Смотри, чтоб завтра к рассвету на седьмой версте на море стояло царство золотое и чтоб оттуда до нашего дворца сделан был мост золотой, тот мост устлан дорогим бархатом, а около перил по обеим сторонам росли бы деревья чудные и певчие б птицы разными голосами воспевали. Не сделаешь к завтрему – велю четвертить тебя». Естественно, что справиться с такой задачей может лишь тот, кто владеет законами иных миров, то есть имеет высокоразвитое Дивье тело.

В одной из сказок Северной Америки говорится, что мальчик десять раз уходил на небо и всякий раз он что-нибудь оттуда приносил: птицу, ягоды, животных и т.д. В десятый раз он исчезает совсем и больше не возвращается. Все его оплакивают, а его мать видит сон: «Матери показалось, что во сне она видит великолепный дом, но, проснувшись, она увидела, что то, что она считала сном, было действительностью. Дом стоял тут же, а её сын Мелиа сидел перед ним». Она будит мужа, они смотрят на дом, бегут к нему, но по мере того, как они к нему приближаются, дом удаляется от них, «и наконец, они увидели, что в действительности он был наверху, на небе. Тогда они сели и заплакали и стали петь: «наш сын на небе, он играет с луной». Племянница предлагает «заставить его явиться в наших плясках». С тех пор пляшут «пляску Мелии»[3].

Примерно то же происходит и с русским Емелей. Обладая соответствующими качествами, русские сказочные герои переносят дворец в яйце: «И вот, конешно, оне вышли с этого пира, отвела она его на хорошую площадь, он яичко разбил и образовался дворец, и всё в этом дворце было по-старому, как на той горе»[4].

Те же представления ясно выражены в состязаниях в стрельбе. На первый взгляд, всё дело в тяжести, огромности оружия, в тугости лука, как в «Одиссее». В афанасьевской сказке этот лук несут 40 человек, помощник же героя (Дивье тело) его ломает; в другой сказке лук везут 6 волов, а стрелу – три пары[5]. Но дело не только в том, чтобы выстрелить из такого орудия, а в том, чтобы выстрелить из одного царства в другое, то есть из этого мира в иной. Царевна, например, посылает герою через посыльного железную булаву в три пуда весу. Герой тужит: «Как её за тридевять земель в тридесятое царство забросить?». Эту задачу легко решает волшебный помощник героя, его дядька (т.е. Дивье тело): «Дядька рассмеялся, схватил булаву одной рукой, размахнулся три раза и бросил в тридесятое царство: с гулом полетела она через горы и долы и так тяжело упала на терем королевы, что весь дворец пошатнулся»[6].

В другой сказке то же самое происходит со стрелой: «А в Индейском королевстве королевна была сильная волшебница, и было у неё обещание такое: «Если я пришлю к тебе лук и стрелу, которая ещё не стреляна, попробовать её. Если ты выстрелишь, дашь мне о том знать, то иду за тебя замуж». Лук и стрелу везут на волах. «Вдруг Иван Дорогокупленный (Дивье тело) взял, натянул лук, направил стрелу. Стрела полетела в Индейское царство и сшибла второй этаж у королевского дворца»[7].

Но овладение могуществом – мистическими способностями Дивьего тела – есть не цель, а средство для осуществления главного подвига русского героя – змееборства.

Змееборство

Все древние русские сказки, описывающие облик змея, говорят о том, что он может летать, крылья его – огненные. Когтистые лапы и длинный хвост с остриём – излюбленная деталь лубочных картинок в сказках, как правило, отсутствуют. Постоянной чертой змея является его связь с огнём: «Поднималась сильная буря, гром гремит, земля дрожит, дремучий лес долу преклоняется: летит трёхглавый змей», «Летит на него лютый змей, огнём палит, смертью грозит», «Тут змей испустил из себя пламя огненное, хочет сжечь царевича».

В этом змее узнаётся змей Кундалини – духовная сила человека. Его постоянная угроза: «Я твоё царство (т.е. тело) огнём сожгу, пеплом развею».

В русских народных сказках змей является хранителем границы в Царство Небесное. Сама граница описывается как огненная река, называемая Смородинка («мор» – смерть, «один» – один; то есть смерть одна). Через неё ведёт мост, называемый «калиновый» (на санскрите «кали» – злосчастный), то есть на эту границу может ступить только тот, у кого яйцехоре («семя дьявола» – капля Причинной материи) проявилось в полной мере. Перейти же через мост сможет тот, кто убьёт змея (яйцехоре), то есть победит все свои низменные наклонности.

При встрече со змеем героя поджидает опасность сна, засыпания, то есть наваждения – морока: «Царевич стал по мосту похаживать, тросточкой (основным восходящим каналом силы Кундалини, идущим по центру позвоночника человека) постукивать, выскочил кувшинчик (мистические способности, проявляющиеся по мере подъёма Кундалини) и начал перед ним плясать; он на него засмотрелся (увлёкся мистическими способностями) и заснул крепким сном (т.е. «впал в прелести»)».

Неподготовленный человек засыпает, истиный герой – никогда: «Буря–богатырь наплевал (не увлёкся этими способностями), нахаркал (привёл их в «хару»[8], уравновесил) на него и разбил на мелкие части». В сказке, записанной на Онежском заводе, мать змеев, помогающая героям, говорит им: «Теперь вы отправляйтесь в дорогу… Ну, только спать не ложитесь у моря, а то мой сын будет лететь и увидит коней и вас, и вы будете спавши, вы будете побижены, а если не будете спать, то он с вами ничего не сделает, не осилеет он вас двоих»[9].

Змей бессмертен и непобедим для непосвящённого, его может уничтожить только определённый герой: яйцехоре может быть побеждено лишь тем, в ком оно находится – «Во всём свете нет мне другого соперника, кроме Ивана-царевича, да он ещё молод, даже ворон костей его сюда не принесёт».

Змей никогда не пытается убить героя оружием, лапами, или зубами – он пытается вбить героя в землю (т.е. в грех) и этим его уничтожить: «Чудо-юдо[10] стал одолевать его, по колено вогнал его в сырую землю». Во втором бою «забил по пояс в сырую землю», то есть с каждым боем в человеке всё в большей мере начинает проявляться грязь (сырая земля) яйцехоре. Змея можно уничтожить только отсечением всех его голов, то есть победой над своими чувствами.

Но эти головы имеют чудесное свойство – они вновь вырастают, то есть власть чувств увеличивается при их удовлетворении: «Срубил чудо-юду девять голов; чудо-юдо подхватил их, чиркнул огненным пальцем – головы опять приросли»[11]. Только после того, как огненный палец (похоть) отрубается, герою удаётся срубить все головы.

Зная зависимость духовного развития от овладения своими чувствами, наши Предки дали нам следующее наставление:

Где чувства господствуют – там вожделенье,
А где вожделенье – там гнев, ослепленье,
А где ослепленье – ума угасанье,
Где ум угасает – там гибнет познанье,
Где гибнет познанье, да ведает всякий –
Там гибнет дитя человечье во мраке!
А тот, кто добился над чувствами власти,
Попрал отвращенье, не знает пристрастий,
Кто их навсегда подчинил своей воле –
Достиг просветленья, избавясь от боли,
И сердце с тех пор у него безпорочно,
И разум его утверждается прочно.
Вне йоги к разумным себя не причисли:
Вне ясности нет созидающей мысли;
Вне творческой мысли нет мира, покоя,
А где вне покоя и счастье людское?
Там разум и мудрость,
Где чувства – в неволе[12]

Третий бой – самый страшный. Особым условием последнего боя является то, что убить змея может только чудесный помощник героя – его Дивье, духовное тело: «Богатырский конь бросился на побоище и начал змея зубами грызть и копытами топтать. …Жеребцы прибежали и вышибли змея из седла вон. …Звери бросились на него и разорвали в клочки». «Одна лошадь поднялась на дыбы и змею на плечи взвалилась, а другая по боку ударила копытами, змей свалился, и лошади притеснили змея ногами. Вот лошади-то!»

Бой, конечно, кончается победой героя. Но после боя нужно выполнить ещё одно дело: змея нужно окончательно уничтожить, то есть необходимо преобразование тел человека в Светье тело (тело Света) – чистой добродетели: «А туловище скатил в огненную реку»; «Все части подобрав, сжёг, а пепел развеял по полю»; «Наклал костёр, сжёг змея в пепел и пустил по ветру».

Поясняя эти волшебные сказки, Славяно-Арии подготавливают своих детей к поиску Царства Небесного – к достижению полного совершенства через обретение тела Света.

В соответствии с Ведическим мировоззрением – Родобожием учил и Иисус Христос: «Наипаче ищите Царствия Божия, а всё остальное приложится вам»; «Как молния, сверкнувшая от одного края неба, блистает до другого края неба, так будет Сын Человеческий в день Свой»; ибо «Царствие Божие внутри вас есть»[13]; «Ибо все вы – сыны света»[14]; «Вы – Боги, и сыны Всевышнего – все вы»[15].

Родобожие всегда было источником силы духа. Лишь Ведическое мировоззрение, содержащее многотысячелетний опыт борьбы со злом – как в душе отдельного человека, так и в области общественной, государственной – обладает необходимой духовной силой для успешной организации этой борьбы. Не пользоваться этим опытом безнравственно и преступно.

Воскрешение Родобожия есть ныне вопрос жизни или смерти.

Слава Всевышнему Прародителю!
Слава Роду Небесному!
Слава нашим Предкам – Богам и Богиням!

Ведаманъ Ведагоръ

[1] В. Я. Пропп «Исторические корни волшебной сказки»». Л., 1986.
[2] А. Н. Афанасьев «Народные русские сказки». М., 1957.
[3] F. Boas. The social organization and the secret societies of the Kwakitl Indians In Report of the U.S. natural museum for 1895. Washington.1897. p. 413-414.
[4] «Сказки М. М. Коргуева», кн. 1. Петрозаводск, 1939.
[5] И. А. Худяков «Великорусские сказки», вып. 1-3. М. 1860-62.
[6] А. Н. Афанасьев «Народные русские сказки». М., 1957.
[7] А. Н. Афанасьев «Народные русские сказки». М., 1957.
[8] Хара – анатомический и энергетический (пупочный) центр человека («Ха» — сила созидания, центр, основа; «Ра» — сила Изначального Света Всевышнего. Прим. автора.
[9] Песни и сказки на Онежском заводе. Петрозаводск. 1937.
[10] Чудо-юдо – «уд» — мужской половой орган; т.е. главным противником героя является похоть. Прим. автора.
[11] А. Н. Афанасьев «Народные русские сказки». М., 1957.
[12] Бхагавад-Гита, 2.62-66.
[13] Лука, 12.31; 17.21; 17.24.
[14] 1-е Фес. 5.5.
[15] Пс. 81.6.

Источник >>>

0

53

Что такое простота

http://img-fotki.yandex.ru/get/9814/31076716.78/0_e22c6_d0896212_M.jpg

Многие знают, что отличительная особенность русского характера – простота.

Сейчас можно услышать, как и глупца, и невежду, и слишком доверчивого из нас называют простаком.

Но так ли это.

Все наверняка помнят Емелю из сказки «По-щучьему велению…» или Иванов, которых, как известно, кличут в народе дураками.

При более внимательном рассмотрении самого слова «ДУРАК» получается очень интересная картина.

Всеясветная грамота подскажет: первая буква «Д» называется «добро». По-другому ещё «ОсПода», где верхняя часть буквы образует не домик, а круг, символизируя знак Души с Пода Родовой памяти. Сила рода поддерживает и помогает человеку в этой жизни.

Смысл букв «у Ра» многие из нас без объяснений, подсознательно, смогут почувствовать сами. «Ра» — это знак солнца. В незапамятные времена река Волга носила название Ра. Буква Р напоминает росток, тянущийся вверх и соединяющий Землю с Небом, означает развитие и восхождение человечества к Высшему разуму. Многие слова русского языка содержат частицу «Ра»: здравие, работа, пора, Расея, радуга, рать.

Буква «К» кратко описывается так: Здешнее всё Лучшее обобщается в Лучезарности и зажигается звезда на небосклоне.

Или иначе: Ангел будущего несёт звёздочку для зарождения жизни в настоящем. Здесь как бы переплетены буквы «Л -люди» и «i — и-десятеричное» (знак звезды, луча света или стоящего человека).

Вот и получается, что «дурак» вовсе не глупец, а наоборот, тот, кто может соединить в себе прошлое, настоящее и будущее для развития и восхождения.

Давайте дальше попробуем разобраться, что такое простота и нужна ли она вообще.

Простым человеком в народе называется человек, с которым легко общаться. Другие скажут, что прост тот, кто не умеет постоять за себя, третьи, что это обычный бедный человек. Понятие простоты, как качества человеческого характера, несомненно важно.

Простота позволяет нам легче вступать в сотрудничество, помогает разрешить большие проблемы и справиться со многими трудностями в жизни. Доверчивость часто путают с простотой, но мы можем вспомнить множество мудрых людей, которые были очень просты и в своей жизни, и в общении с другими людьми. Это не делало их ни слабее, ни уязвимее.

Всё дело в том, что доверчивый человек поступает, не обдумав свои действия, что зачастую вызывает проблемы. Опрометчивость лишает такого человека возможности правильно поступать.

Простого человека отличает отсутствие гордыни. Люди, обладающие простотой, не склонны выставлять напоказ свои достижения и ставят себя очень смиренно в любом обществе, даже обладая значительным багажом знаний и мудрости. Такие люди чаще всего неприметны среди остальных, но слова их просты и понятны многим, а поступки вызывают уважение.

Простой человек имеет своё мнение, но не высказывает его без особой надобности. У простого человека отличное чувство юмора, которое помогает даже в самых сложных ситуациях, но, ни коем случае, не причинит никому неудобства или неприятности.

Простой человек не выгораживает себя и свои способности, не использует других людей в своих эгоистичных целях, чем бы они не оправдывались. Все эти качества особенно важны в семье, в частности в отношениях с детьми она решает многие трудности.

Выходит, простота, это одно из важных качеств цивилизованной личности, о котором знали ещё в далёкой древности и наша задача расшифровать, изучить и научиться разумно применять эти знания.

Источник >>>

+1

54

ВНЕВРЕМЕННАЯ РЕИНКАРНАЦИЯ. Дмитрий Логинов

Гипербореи верили в перерождения, но не так, как верят индусы. Согласно представлениям Посвящённых Полюса, человек может, умерев, воплотиться вновь даже и за несколько веков до того, как жил он последний раз согласно своему внутреннему индивидуальному Времени. Он может воплотиться так же и после, или в то же самое время, родиться вновь в ином теле, например, в тот же год, когда было рождено тело, в последний раз им покинутое.

Такой мистический взгляд объяснял не только воспоминания о давно прошедших веках, бывающие у отдельных людей и подтверждаемые затем историческими изысканиями, но также и предсказания, в точности исполняющиеся через века. Гипербореи в таких случаях говорили: до нынешней своей жизни среди нас этот человек жил уже в будущем и это воспоминания о будущем у него.

Такая вера объясняла и чтение мыслей, и внезапное точное знание о том, что сейчас переживает другой. Ведь вообще есть только Единый Дух, единая цепь или, точнее говоря, единый перепутанный клубок нескончаемых перерождний этого Духа, и каждый побывал (будет, является сейчас) духом каждого и знает каждого в Духе. Поэтому, говорит гиперборейская "Книга Знаков", кто и когда видел в настоящем иное что, чем прошлое своё или будущее?

Каждую свою жизнь человек проводит среди различных своих же прошлых и будущих воплощений (прошлых и будущих - согласно Времени внутреннему, времени духа).

Гипербореи считали, что самое это Время внутреннее течёт строго закономерно.

Так, если в этой жизни человеку покровительствовал, в основном, Кор[1], то следующую свою жизнь он проведёт преимущественно под покровительством Нарала[2], и так далее, в порядке возрастания Богов. Если же умирал Посвящённый, человек Боры[3], то либо он более не воплощался в пределах неправильного древа миров, либо, если он в течение этой жизни не сумел вместить полученного посвящения, неверно распоряжался вновь обретённой Силой, в следующем рождении покровителем его становился Кор, замыкая Круг.

ЧАЯНИЕ.

Блуждание в Круге Перерождений, представляющем скорее некий перепутанный их клубок, Лабиринт во времени и в пространстве, сплетённый из ветвей неправильного древа миров, должно было рано или поздно привести к тому, что дух вспомнит себя Единым и осознает, как был в начале. За воспоминанием последует обретение вновь Единства, исцеление от разъятия. Полагали, что эти два события будут разнесены во времени, воспоминание и обретение (или Спасение).

Внешнюю сторону жизни Духа Единого гипербореи сопоставляли с памятью его, поэтому воспоминание мыслили как появление в мире Знания НАЧАЛА, Слова НАЧАЛА как некой Личности.

Восстановление же Единства представляли как появление этого Слова, этого Знания уже непосредственно внутри "я", полагая, что при этом разъятие на "я" и мир будет преодолено полностью.

ПОЯСНЕНИЯ:

1. Кор - покровитель воли к покорению, преодолению препятствий. Это божество людей, чьё "я" желает завоевать мир, сделать его своим, надеясь тем самым заглушить горечь разъятия Единого Духа. Под покровительством Кора "я" и мир противостоят как Завоеватель и Завоёвываемое. Но завоевание всего невозможно.

2. Нарал - покровитель воли к приятию, покорности и смирению. Поклонники его те, чьё "я" стремится покорить себя миру, принять его таким, каков он есть, слиться с его огромностью, растворить, утратить собственную индивидуальность и этим устранить боль разъятия. Для человека Нарала "я" и мир противостоят как Раб и Господин. Но полная покорность недостижима.

3. Бора - воля к Единому. Он покровительствует Посвящённым, стремящимся достичь Тиу - "искусства непосредственного чувствования Бога", всегда воспринимать "я" и мир как внутреннюю и внешнюю стороны Единого Духа, преодолеть разъятие.

Источник.

0

55

Там же нашла такой момент:

"Восьмиконечный Крест представляет знак высшего посвящения".

http://i012.radikal.ru/1102/d7/940a46b1f81d.jpg


Не спроста, наверное, это и символ Христианства. ЖивотТворящий Крест.

0


Вы здесь » Магия Безвременья » Славянство и старообрядчество » Cказ, сказка или так повелось